Сталинисты [1] обычно не считают, что Сталин или Мао “не сделали ничего плохого”, хотя многие, и правда, используют эту фразу для эффекта (это же интернет). Мы считаем, что Сталин и Мао были идейными социалистами, которые, несмотря на их ошибки, принесли человечеству гораздо больше пользы, чем большинство буржуазных политиков, которых часто приводят в качестве образцов для подражания (таких как Джордж Вашингтон, Томас Джефферсон, Джон Ф. Кеннеди, Джимми Картер), и что их не судили согласно таким же стандартам, как тех буржуазных политиков. Люди зовут это “апелляцией к ханжеству” [2], но утверждение “Сталин был монстром” — неявное сравнение, означающее “Сталин качественно отличался в худшую сторону от, например, Черчилля”, но я считаю верным обратное. Если люди будут использовать завуалированные сравнения, мы, сталинисты, имеем право отвечать прямолинейно.

Дабы защищать кого-либо от несправедливых суждений, нам не обязательно обожествлять их — достаточно лишь обратить внимание на несправедливость критики. Таков, несомненно, случай со Сталиным и Мао, которых несправедливо демонизировали куда больше, чем любых других глав государств. Сталинисты понимают, что тому есть своя причина: Холодная Война, в которой США потратили неисчислимые миллиарды долларов в попытках подорвать и уничтожить социализм [3], и в особенности государства, руководствующиеся идеологией марксизма-ленинизма. Множество левых на Западе считают, что все эти потраченные деньги и энергия не оказали особого влияния на их мнения, но это кажется чрезвычайно наивной позицией. Мы все выросли в обстановке, где идеология и СМИ формировались под всепроникающим влиянием Холодной Войны, и именно поэтому на Западе (и в их клиентских государствах — прим. переводчика) преобладают антикоммунистические догмы времён Холодной Войны, провозглашающие Советский Союз и его граждан монстрами.

Причиной, по которой мы “защищаем авторитарных диктаторов”, является наше желание защитить достижения действительно существующего социализма, и ложные или преувеличенные заявления и позиции других людей об этих “диктаторах” почти всегда встают на нашем пути: это не сталинисты, а приспешники status-а quo [4] прибегают к синекдохе сведения всего действительно существующего социализма к Сталину и Мао. Достижения, которые мы хотим защитить, включают в себя: улучшение стандартов жизни и экономического равенства; существенные продвижения прав женщин и их позиции в обществе относительно мужчин; победу над нацизмом; искоренение неграмотности; повышение продолжительности жизни; искоренение периодических массовых голодов; воодушевление и снабжение ресурсами движений деколонизации (например, во Вьетнаме, Китае, Южной Африке, Буркине-Фасо, Индонезии); страх правящих элит Запада, вызванный возможностью подобных революций в их странах, вынудивший их пойти на уступки вроде улучшения гражданских прав и “государства всеобщего благосостояния”; и осуществление большего прогресса на пути к упразднению капитализма, чем любое другое общество в истории. Именно на этих достижениях важно настаивать, оспаривая консенсус ЦРУ, троцкистов и ультра-левых, в котором они провозглашают, что Советский Союз был “злой империей”, а Сталин — “невменяемым палачом”.

Есть два пути оспаривания аргумента тех, кто утверждает, что “социализм = Сталин = зло”: можно попытаться опровергнуть первое равенство или второе. Троцкисты ухватываются за первое равенство: они имели поддержку академической сферы, бюджетирование ЦРУ и иные ресурсы для финансирования их издательских предприятий, и управляли идеологическим повествованием на Западе большую часть прошлого столетия. Но добиться успешной революции у них нигде не вышло за всё то время. С недавнего времени, социализм начал набирал популярность… и вместе с ним — марксизм-ленинизм, а также работы и достижения Сталина и Мао. Получается, что социализм может набрать обороты на Западе не только путём нападок на действительно существующий социализм и социалистических лидеров.

К тому же, разрывание связи между социализмом и Сталиным подразумевает разрыв связи между социализмом и Советским Союзом, что ведет к отказу от всего, что было достигнуто во имя социализма под догмой “сталинизма”. “Социализм”, который получается в результате такого разрыва, определяют как массовый, низовый, народный, демократичный, небюрократический, безнасильственный, анархический… иными словами — идеальный. И так, когда настоящие революционеры (например, наксалиты в Индии) решают реальные задачи неидеально — их изгоняют из “социализма” и навешивают ярлык “сталинисты”. Это пример безумия политики респектабельности налицо. Сталинисты же верят, что такой провал солидарности, вместе с утопическими идеями об успешной революции без конфликта и партийной дисциплины, является гораздо большей проблемой для левых, чем “авторитарианизм” (см. работы Энгельса для подробной информации о последнем пункте). Мы считаем, что понимание проблем, с которыми столкнулись в своё время Сталин и Мао, помогает нам понимать общие проблемы социализма, с которыми любой социализм столкнётся рано или поздно. Это является гораздо более просвещающей и полезной позицией, чем рисование образа всё более и более утопического социализма, пока мир становится всё хуже и хуже.

Утверждать, что “конечно, в прошлый раз вышло ужасно, но в следующий раз будет иначе” — чересчур неубедительно. Троцкисты и ультра-левые компенсируют подобное, крася социализм в утопические краски и выбирая малоизвестные (и обычно — недолговечные) эксперименты по строительству социализма, чтобы выставить их в качестве образца. Но это лишь даёт метафорическое оружие в руки тем, кто говорит “социализм не работает” или “социализм — это утопическая мечта”. И скрывается за всем этим Сталин, который для среднестатистического выходца с Запада представляет собой полную нецелесообразность попыток радикально изменить мир. Невзирая на все твои убеждения о том, что ты не сталинист, призрак Сталина всё равно повлияет на то, как люди рассуждают о социализме (любой формы) — сталинисты пришли к выводу, что проблем рассуждений о наследии Сталина не избежать. Наследие это, в его текущей форме, по крайней мере согласно общественному мнению народов Запада (в других частях света о Сталине думают иначе), по большей части является продуктом пропаганды времён Холодной Войны

И разве не логично ожидать клеветы на социалистов со стороны капиталистов, тем более — эффективных социалистов? Не логично ли нам ожидать услышать выдуманные жуткие истории о действительно существующем социализме, сочинённые с целью отпугнуть нас от попыток свергнуть наши же капиталистические правительства? Задумайся о том, как СМИ освещают “Антифа”. Задумайся об Оружиях Массового Уничтожения в Ираке (и о том, как СМИ освещали эту историю — прим. переводчика); задумайся о том, кто владеет СМИ; задумайся о частоте, с которой ЦРУ вмешивается в продукцию Голливуда; задумайся об изобилии подлых, мерзких уловок, задействованных Западом во время Холодной Войны (начиная со вмешательства почти всеми западными странами в гражданскуй войну, последовавшую в результате Октябрьской революции, на стороне Белой Армии), и честно скажи: отчего бы им не врать и про Сталина? Роберт Конквест был членом IRD [5]. Гарет Джонс работал на Рокфеллеровский институт (“Rockefeller Institute of Government”), Chrysler Foundation, Standard Oil, водился с Генри Хайнцом и Адольфом Гитлером. Солженицын был обозлённым, антисемитским писателем-фантастом. Всё, что нам известно о силе внушения и СМИ позволяет предположить, что антикоммунистический и антисталинский консенсус мог запросто быть искуственно создан, независимо от фактов — добавь к этому то, насколько правящие элиты Запада были напуганы успешными революциями в России и Китае, и вот нам и средства, и мотив.

Так или иначе суть в том, что совершить социалистическую революцию не просто (вопреки заявлениям троцкистов и ультра-левых) и не невозможно (вопреки заявлениям либералов и консерваторов), но сложно. Революция требует самоотдачи и самопожертвования, и её не свершить за один день. Сталинисты — это те, кто считают, что миллионы коммунистов, сражавшихся и пожертвовавших собой во имя социализма в двадцатом веке, не были злодеями, недоумками, и не потратили время зря, а наоборот теми, кому мы многим обязаны и кто многому нас может научить.

Иначе говоря, у социализма есть могущественные враги. Этим врагам безразлично твоё отношение к работам, идеям и достижениям Карла Маркса, Нестор Махно, Жиля Делёза, или коммунизму в целом; им важно твоё отношение к ФАРК (революционные вооружённые силы Колумбии, или РВСК — прим. переводчика), наксалитам, Кубе, Северной Корее, и т.д. Им важна твоя позиция относительно государств и потенциальных государств, и насколько ты склонен пытаться им подражать. Их не беспокоят тонкости вроде ризомы, потому что они знают, что подобное можно усмирить и поставить на место, применив силу. Их главная забота — сохранить монополию на применение этой силы. Когда ты предаёшь действительный социализм ради идеалистического, такого, что никогда не применял силу и не брался за оружие, ты делаешь им одолжение.


  1. “Tankie” (англ., разг.; дословно — “танкист”; аналогичен термину “сталинист” на пост-советских просторах — прим. переводчика) — уничижительный термин, применяющийся на Западе приспешниками анти-коммунистических и либеральных идеологий. В более широком смысле применяется к тем, кто защищает социалистические государства, анти-империалистам и марксистам-ленинистам. Термин произошёл в результате использования Красной Армией танков для подавления восстаний в Венгрии (в 1956-м) и Чехословакии (в 1968-м). 

  2. Также известная как логическая ошибка “tu quoque”, или “whataboutism” на Западе. 

  3. Согласно исследованию Бруклинского института, (Шварц, Стивен И., Atomic Audit: The Costs and Consequences of U.S. Nuclear Weapons Since 1940, Brookings Institution, 1998, с. 3-4) США потратили около 5.8 триллионов долларов в течение второй половины двадцатого века на ядерное оружие, около трети всех военных расходов США (18.7 триллионов долларов) за всё время Холодной Войны. 

  4. Здесь “приспешники status-quo” применяется для описания людей, чьё мировоззрение совпадает с правящими учреждениями. 

  5. “Information Research Department” (1948-1977) было подразделением анти-коммунистической пропаганды министерства иностранных дел Великобритании. Именно для этого подразделения Джордж Оруэлл составил список из 38-и журналистов и писателей, которым следовало отказать в трудоустройстве из-за того, что они были коммунистами, гомосексуалами, евреями, или чёрными (и “против белых”).